РАЗМЫШЛЕНИЯ НА ТЕМУ РУССКОГО НАЦИОНАЛЬНОГО ХАРАКТЕРАИзвестный русский философ-экзистенциалист Николай Бердяев, как известно, признавал одной из главных черт русского национального характера поляризованность, «совмещение противоположностей», среди которых - природный дионисизм и православный аскетизм; присущую народу жертвенность он не считал результатом свободного выбора, объясняя ее «мучительной историей».Единство и борьба противоположностейБольшой интерес представляют суждения исследователей, в том числе философов, о нашем национальном характере, основанные на анализе конкретного материала русских народных сказок. Философ отмечает противоречивые черты русского народа: на одном полюсе - честь, любовь к родине, свобода; на другом «разлагающие темные силы меркантильного духа, бесчестной корысти и злобы». В русской сказке, отмечал философ, мы найдем всю гамму желаний «от самых возвышенных до самых низких». В них есть и самые заветные мечты русского идеализма, и самый низменный житейский «экономический материализм».Академик Димитрий Лихачев выделял такие черты русского характера, как преданность идее свободы личности, стремление к социальной справедливости, «пресловутый русский отказ от всех земных благ», мечта о счастливом будущем. Вместе с тем академик считал, что «черт русского национального характера очень много. Существование их непросто доказать. Особенно если каждой черте противостоят как некие противовесы и другие черты: щедрости - скупость... доброте - злость... любви к свободе - стремление к деспотизму и т.д.»Материализм как неотъемлемость Если обратиться непосредственно к духовности, то она действительно присуща русскому народу, что не исключает наличия у него и противоположной черты: личного материального интереса. В общем, материальный интерес свойственен любому народу. Основываясь на «стремлениях к улучшению условий своей индивидуальной жизни», народ не может не иметь материальных потребностей и жить одной духовностью. Это отмечали мыслители противоположных философских направлений и политических позиций. Вопрос не в том, входит ли материальный интерес в русский национальный характер, а в том, какое место он занимает в этом характере. Полагаем, что у разных индивидов и социальных групп в различные исторические периоды и в разных ситуациях это место различно: материальный интерес может быть подавленным; подчиненным; обеспечивающим целостное развитие человека; преобладающим, когда он приобретает вульгарную, гипертрофированную форму. На это могут возразить, что национальный характер - очень общее понятие, и его нельзя отождествлять с арифметической суммой менталитетов отдельных индивидов, как нельзя отождествлять общество с простой совокупностью людей. Но это лишь одна сторона вопроса. Другая же состоит в том, что равным образом менталитет этноса нельзя отрывать от менталитетов отдельных лиц и социальных групп. Он существует как в общей, так и в особенной и единичной формах, воплощаясь в ценностных предпочтениях и поведении если не всех, то, во всяком случае, «типичных представителей» того или иного народа.Классические моральные уродыЧто касается вопроса о том, может ли материальный интерес выступать у русского народа в вульгарной, уродливой форме, то за ответом обратимся к русской художественной литературе. Наряду с образами людей цельных и гармоничных, а также бескорыстных, самоотверженных, возвышенных, занятых поиском смысла жизни и путей облегчения народной участи, рядом с образами терпеливых и безответных страдальцев литература познакомила нас с совершенно иными героями: корыстными, жадными, завистливыми, прагматичными, не знающих преград в погоне за богатством. Здесь и старуха из «Сказки о рыбаке и рыбке», и поп из «Сказки о попе и работнике его Балде», и помещик Троекуров, и тот особенный "класс людей, статских и военных", замеченных Михаилом Лермонтовым, которые «исповедуют глубокое презрение к провинциальным домам и вздыхают о столичных аристократических гостиных, куда их не пускают». В числе подобных персонажей мы найдем гоголевских городничего и Чичикова, Собакевича и Плюшкина; гончаровских братца жены Обломова Агафьи Матвеевны и приятелей этого братца; купцов из пьес А.Н. Островского; героев Ф.М. Достоевского: папашу Карамазова, старуху-процентщицу, Ганю Иволгина; щедринских Иудушку Головлёва и градоначальников, невежественных и жестоких. Был, правда, среди щедринских персонажей карась-идеалист, но его, как известно, проглотила щука. Ряды корыстолюбцев пополнят чеховский Лопахин, горьковские Артамоновы, шишковский Прохор Громов и многие другие. Что же касается низших сословий, то, во-первых, кроме мечтателя Калиныча, были еще Хорь, мужик хозяйственный, умеющий копить деньжонки, ладить с барином и властями, управляющий Обломовкой и другие; во-вторых, многие упомянутые выше персонажи были выходцами из низов. Вряд ли названные литературные образы - плод чистой фантазии их создателей, не имеющей отношения к реальности.От идеализма к земным благамПри рассмотрении русского национального характера надо учитывать и реалии XX века. Яркую характеристику того поколения, которое ушло на фронт, «не долюбив, не докурив последней папиросы», дал А.А. Фадеев: «Самые, казалось бы, несоединимые черты - мечтательность и действенность, полет фантазии и практиц
| Категория: ,
Мы все такие разные, противоречивые все такие
Загрузка. Пожалуйста, подождите...
Мы все такие разные, противоречивые все такие » Информационно-аналитический портал Медиа Холдинга АЗЕРРОС
